/ Ген Химеры II. Сеть

Глава - 21

"Смерть офицера"

-Ничто не доставит мне большего удовольствия, чем твоя смерть, - сказала Хатт и сделала еще один выстрел, на этот раз в ногу.
-Ааррггхх! - сквозь зубы прорычал Ойтуш, когда снаряды из гвоздезабивного пистолета пробили его ему икру. - Этому ты у своего парня-садиста научилась? Или он у тебя?
-Хватит болтать! - рявкнула Дана. - Делай то, зачем ты здесь!

Превозмогая ослепляющую боль, Ойтуш попытался выдернуть гвозди свободной рукой, но только разбередил рану. Он оставался намертво пришитым к стене, что бы ни делал. Дана стояла рядом и смотрела на его жалкие попытки освободиться - спешить ей было некуда.

-Что будет, если я откажусь? - спросил он.
Прорицательница лишь повела бровью.
-Тогда в подземку вернется другой Ойтуш Эвери, - к Дане вернулся прежний расчетливый тон. - И тогда - это я тебе обещаю - твоя подруга сполна отведает моей сладкой садисткой фантазии.

Боль моментально уступила место удушливой ярости. Если бы Ойтуш ценил свою руку и ногу чуть меньше, то вырвал бы кадык этой заморской ведьме. Словно почувствовав это, Хатт отступила на шаг назад.
“Она провоцирует тебя”, - услышал Ойтуш голос дубля, а может и свой собственный. - “Пришло время заключить сделку”.

Неповрежденной рукой он вынул из кармана брюк уцелевшее зеркальце Зои Атли. Взглянул в него и не ошибся - двойник был тут как тут.
-Я готов, - шепнул Ойтуш, глядя в глаза своему отражению.

Время остановилось. Вовсе не метафорически: Ойтуш видел как замерла капелька пота на виске у Даны, как прекратили бег стрелки на его часах, и даже ветер, взметающий ввысь песчинки на пляже, застыл, пойманный в петлю времени.
В этот бесконечно долгий миг от тени отделился он.
-Теперь, когда мы наконец-то работает вместе, мне, пожалуй, следует представиться, - двойник снял шляпу в знак уважения. - Юджин Нойманн к вашим услугам.

Он проскользил мимо Даны, которая, разумеется, ничего не заметила.
-Я обещал Сати, что вернусь. Во сколько обойдется моя жизнь? - Ойтуш решил перейти сразу к делу.
-Жизнь на жизнь, расклад везде одинаков, - сказал Нойманн, словно они были на рынке и обсуждали цену на орешки. - Если я умру вместо тебя, моя реальность заберет кого-то из твоего мира. Как я уже говорил, кто это будет - тебя не должно волновать.
-Уже и не важно, - бросил Ойтуш.
-Вот и отлично, - Нойманн тоже отмахнулся от этой темы, словно от назойливой мухи. - Значит, по рукам?

Ойтуш с удивлением заметил, что обе его руки вновь были свободны. На короткий миг он замялся, а затем ударил по ладони Юджина в знак согласия.
-Что мне делать теперь? - спросил он.
-Можешь идти, - Нойманн пожал плечами, а затем, с видом мученика, встал на его место у стены. - Как же это больно.
Теперь уже его рука кровоточила, прибитая к стене тремя длинными гвоздями. Юджин принял эстафету у Ойтуша и теперь готов был принести себя в жертву вместо него.

-Если хочешь сказать что-то на прощание Дане - самое время сделать это, - сказал Нойманн, пока время еще было заморожено.
-Всего семь слов, - Ойтуш приготовился зачитать слова-активаторы, когда-то давно придуманные Сати.

Он взглянул на лицо прорицательницы: так она и умрет, сгорит заживо с вот этим самовлюбленным выражением. Почувствует ли она хоть что-то? Ойтуш очень надеялся, что да.
-Что будет, когда я активирую бомбу? - спросил он.
-Взрыв. Эквивалентный примерно десяти тоннам тротила, но вполне обычный, - ответил Нойманн. - Я смогу замедлить взрывную волну с помощью этого временного пузыря, но мои возможности не безграничны. Рано или поздно мы сгорим вместе с этой лабораторией.

Ойтуш не знал, что сказать. С одной стороны, Юджин вынудил его заключить сомнительного качества сделку, но с другой… черт возьми, с другой стороны, он сознательно шел на смерть.
-Почему ты помогаешь мне? - спросил Ойтуш.
Юджин усмехнулся.
-Ты сам себе помогаешь. Ты вызвал меня в этот мир, помнишь?
В этом офицер Эвери очень сильно сомневался, но спорить не стал.
-Сколько у меня будет времени? - пора было действовать.
-Две-три минуты чтобы оказаться в радиусе ста метров отсюда. Чем дальше, тем лучше.
Ойтуш кивнул.

-Спасибо, - сказал он. Долго не решался, но все-таки сказал.
-Иди.
Юджин Нойманн перестал улыбаться и повернулся лицом к Дане. Ойтуш чувствовал, как звенит воздух в пузыре из другого мира - частица иной реальности внутри их вселенной. Он сделал глубокий вдох и мысленно раскрыл записную книжку с семью словами, несущими смерть.
Фонтан.
Сто метров за две минуты - ерунда! Но только не в лаборатории, коридоры которой петляют, словно спирали ракушки.
Дельфин.
Ойтуш бежал, продолжая называть кодовые слова. Должно быть со стороны это выглядело крайне нелепо. И о чем только думала Сати, сочиняя этот странный порядок?
Ватерлиния.
Ойтуш не был уверен, что знает, что такое “ватерлиния”, но для взрыва это было не нужно. Только последовательность слов и ничего больше. Как это работает - этого Ойтуш тоже не знал.
Гнаться.
Он проделал уже половину пути. Интересно, Эвридика и Томас ждут его на берегу?
Уздечка.
“Надо бы связаться с Томасом, предупредить, что у меня все в порядке… Почему-то здесь я не могу этого сделать...”
Отдающий.
Ну вот и все, почти все...
Ойтуш.

Ойтуш был уже далеко, когда аспидно-черная капсула в руках Гебхарда исторгла смертельный огонь. Должно быть, это было невероятно красиво: смотреть как подобно цветку зарождается замедленный в тысячи раз взрыв. Что ж, Юджин Нойманн выбрал наблюдать за ним вместо Ойтуша, и последний об этом ничуть не жалел.
Пузырь из антиматерии сдулся, и гнетущую тишину зоны Х нарушил оглушительный грохот. Все то, над чем работали сотни ученых, все те аниматусы, которые еще не успели выйти из-под ножа хирургов, были уничтожены. Была уничтожена Дана Хатт и Роланд Грейси в одном лице. Как и хотел Ойтуш - он убил двух зайцев одним выстрелом.
“Спасибо, брат”, - молча сказал он навсегда ушедшему в тень Юджину.
Ойтуш отключил автопилот, и направил антигравитационный модуль в сторону пляжа. Пора было возвращаться домой.

**

-Я не верю, что это происходит, - схватившись за волосы прокричала Эвридика.
Они с Томасом стояли и смотрели на черный дым, поднимающийся над пляжем. На алое зарево от пожара, в котором горели не только их враги, но и друг. - Он обещал, что мы уплывем вместе!
Эвридика упала на песок, зарычав от боли, словно дикая кошка. Именно здесь год назад она нашла брата и здесь же сегодня потеряла.

Ойтуш обещал. Но пару минут назад Томас отчетливо уловил в его сознании картину приближающейя смерти. Сразу после этого прогремел взрыв.

-Ты уверен, Том? - в сотый раз спросила Эвридика. - Я не верю, что он не смог спастись, не верю, что это правда...
Телепат не знал, что ответить. Он вновь принялся грызть ногти, как делал это еще в школе - шокирующее известие о смерти Эвери заставило его вернуться к давно забытым вредным привычкам.
-Он... Он шел на смерть с легкой душой, он был готов умереть. За сопротивление, - ответил Томас срывающимся голосом. - За нас.

Кажется, одаренный готов был разреветься напару с Эвридикой, но еще не сделал этого лишь по причине сильнейшего шока.
Никогда в своей жизни Томас не ощущал себя настолько беспомощным. Он не мог ни ободрить, ни утешить Эвридику, поскольку и сам был на грани. Ойтуш, этот доставучий тип, что украл у него Сати, был мертв, но вместо того, чтобы испытать облегчение, Томас чувствовал, что они с Эвридикой остались одни. Словно двое потерявшихся детей, они торчали посреди пляжа, не в состоянии возвращаться домой с такой утратой.

Томас ошибся, жестоко и непоправимо. Предсмерный слепок сознания, который он считал, принадлежал вовсе не Ойтушу Эвери, а Юджину Нойманну. Дело в том, что волны, которые излучает мозг двойников, разнятся настолько незначительно, что ни одна поисковая система не опознала бы их как две самостоятельные личности. Этот факт стал роковым и для Томаса. Сам того не зная, Томас подменил живого человека мертвым, "убил" Ойтуша в глазах его друзей, сопротивления и любимой - а это худшее из зол, которое можно только представить.
-Сати не должна узнать об этом, - сказала Эвридика все еще не приходя в себя. - Это опасно для нее, ты понимаешь?
Больше всего Томас не хотел быть гонцом, приносящим дурные известия, но именно эта роль так часто выпадала ему. И тогда "знаток человеческих душ", как иногда называла его Сати, острее всего ощущал, что одаренность - это проклятие.
-Не узнает, - сквозь зубы ответил Томас. - Если надо, я унесу это с собой в могилу.

-Айзек должен знать, как глава… - Эвридика поднялась с земли. - Что он больше не может рассчитывать…
Томас видел, как тщетно она пытается бороться с собой, выглядеть прагматично, когда хочется рвать на себе волосы. И от этого чувствовал себя еще более слабым. Вот уж во что Томас никогда бы не поверил, так это в то, что потерять «заклятого врага» может быть так больно.

**

Сати и Мэгги готовили снаряды. Бронебойные, поскольку Айзек был уверен, что на подавление восстания протекторий не пожалеет добрый десяток единиц тяжелой артиллерии. Вместе с девушками трудились сваами, а также все те, кто был способен на тяжелую монотонную работу. От Ойтуша, Эвридики и Томаса вестей пока не было, и чтобы скоротать мучительное ожидание Сати уже пятый час работала без отдыха.
-Ты как машина, - заметила одна из сваами.
-Прости, что? - Сати была настолько погружена в работу, что не сразу заметила, что к ней обращаются.
Сваами улыбнулась.
-Ты очень много работаешь, Сати, - и как только сваами удавалось помнить всех по именам? - Отдохнула бы.
-Да, да, и я про то же, - подхватила Мэгги. - Малышу нужен покой.

Сати вздохнула и убрала отросшую челку с глаз. Неужели они и в самом деле считают, что сейчас она все бросит и отправится возлежать на нарах? Когда он там.
Вдруг со стороны ангаров с техникой раздался грохот, а затем крик.
-Врача! - закричал кто-то, и несколько человек метнулись на помощь.
-Уже второй за сегодня, - расстроилась сваами. - Парни устали грузить весь этот хлам по вагонам, работают днем и ночью.

Под хламом девушка имела в виду несколько массивных экзоскелетов, оснащенных пулеметами и зенитками.
-Давайте и мы последуем их примеру, - сказала Сати. - Скоро наступление, а у нас еще ничего не готово.
-Давай. Только работать будем мы, - Мэгги едва ли не силой забрала из рук Сати неоконченный снаряд. - А ты отдохнешь.
Похоже, спорить было бесполезно.

-Лата, - Мэгги обратилась к сваами. - Будь добра, проводи эту трудоголичку в палатку и накорми.
Чувствуя себя абсолютно бессильной перед натиском этих двух совершенно разных женщин, Сати позволила поднять себя из-за стола и увести прочь.
Они шли по самой широкой из “улиц”, и Сати то и дело ловила на себе любопытные взгляды. Кто-то искренне жалел ее, называя «пузатым офицером», кто-то поговаривал, что она метит на место Айзека. И все же большинство видело в Сати надежду.

-Какой у тебя срок? - спросила Лата. Она интересовалась вполне искренне, даже несмотря на то, что всем сваами положено быть доброжелательными и приветливыми.
-Двадцать пять недель, - ответила Сати и сама удивилась. Больше половины срока. Совсем скоро рожать, а она у этому не то, что не готова - еще и думать об этом не начинала. Как это вообще - существовать с новорожденным в подземке?
-Скорей бы эта война закончилась, - озвучила она неожиданно нахлынувшие мысли. - А у тебя есть дети?
Лата заметно погрустнела, но ответила все так же вежливо.

-Да, Сати, у меня дочь. Ей совсем скоро было бы десять лет, если бы…
Сати уже пожалела, что начала этото разговор.
-Не рассказывай, если не хочешь, - быстро сказала она.
-Нет, все в порядке, - Лата улыбнулась. - Наверное ты не знаешь, но мы переселенцы из Прато-Гаммы. Мы с Серафиной чудом уцелели во время бомбежки. Затем бежали в Метрополь. Нам очень помог Томб Ситис, перевез дочь, когда она заболела…
Сердце Сати болезненно заныло: краем уха она слышала, что Протон активно помогает беглецам. Точнее, помогал… Как жаль, что ей никогда не удастся расспросить его об этом.

Лата и Сати вошли в палатку. Это было скромное жилище людей, бежавших из разгромленного города. Внутри было аскетично, но чисто, система обогрева работала еле-еле и человек, спящий прямо на полу, был накрыл кучей тканей с этническим рисунком.
-Это Серафина? - спросила Сати шепотом, чтобы не разбудить ее.
-Да, - на лицо Латы упала тень. - Можешь говорить громко, она нас не слышит.

Внутри у Сати все похолодело, словно она оказалась в одной комнате с трупом.
-Врачи говорят, что из-за контузии у Серафины что-то вроде комы, - объяснила Лата. - Она не просыпается уже несколько недель.
Сати не знала, что ответить. Не хотелось утешать эту искреннюю сваами фразочками вроде “все будет хорошо” и “она обязательно поправится”. К сожалению, этой семье не удалось сбежать от войны, а на войне, как известно, бывают жертвы. Но кое-какая идея у нее все же появилась.

После небольшого обеда и отдыха, Сати направилась в “штаб Лазаруса”, как в шутку называл его Томас. Он представлял собой несколько палаток, стоящих особняком на окраине лагеря. Потолок станции прямо над этим местом имел налет свежей копоти, и Сати могла только догадываться, что за эксперименты проводят здесь люди Уика.
Сегодня ей был нужен только один человек - акушер по имени Шайло.

Шайло отыскался быстро и, к удивлению Сати, оказался обаятельной, побритой налысо девушкой.
-Боюсь, что я ничем не смогу помочь Серафине, - сказала акушерка, выслушав сбивчивый рассказ Сати о дочке одной из сваами. - Ей нужен новый ген, а не новое тело.
Сати слышала немало историй о том, как акушеры пересаживали душу из искалеченного или больного тела в новый резервуар. Нет, это не было аналогом того, что проводили на Острове. Это было средством выживания, продления жизни. Но далеко не всегда чистое сознание хочет продолжать жизнь в новом теле. Иногда ген нужно просто отпустить или, говоря языком генетиков, обнулить.

-Значит, Серафина умрет? - Сати почувствовала ком в горле. Она не могла объяснить, почему ей ни с того ни с сего вдруг стала так важна судьба этой девочки, которую она даже не видела.
-Мне жаль, Сати, - ответила Шайло. - Люди уходят, когда их ген полностью реализует свою функцию.

В этот момент Сати услышала в своей голове голос Айзека.
“Дозорные на станции Тойген только что приняли наших офицеров”, - главнокомандующий использовал Око-2 для связи с солдатами. - “Они будут дома через три часа. Все трое”.
Словно камень с души. Ноги Сати обмякли, и она опустилась на колени, насмерть перепугав бедную Шайло.
-Они вернулись, - прошептала Сати. - Вернулись домой.

**

На станции был переполох. Люди ликовали, ведь злосчастная зона Х была наконец-то уничтожена.
-Мэг, ты уже знаешь?! - Сати бежала к ней, но Томпсон уже неслась навстречу.
-Да! - глаза Мэгги буквально светились от счастья.
Они обнялись в порыве этого, без преувеличения сказать, судьбоносного известия и почти бегом кинулись к главному костру.
Там уже была толпа. Айзека окружили, требуя подробностей. Сати взглянула ему в глаза… и даже с пяти метров поняла, что что-то не так. Неуловимая тень скользнула по его словно высеченному из камня лицу. Киборг сказал ей не всю правду. Нет, не так, он намеренно солгал, зная о ее положении. Или же Сати просто показалось?

Она попыталась пробраться к центру происходящего, но Мэгги вовремя удержала ее от прыжка в толпу.
-Куда, там же давка! - Томпсон схватила ее за плечи, но Сати нервно стряхнула ее тяжелые руки. Сколько можно было оберегать ее, точно ребенка?
«Томас, прием», - мысленно позвала Сати, но телепат намеренно блокировал любые попытки связаться с ним.
«Ойтуш, ты слышишь меня?» - Сати обратилась к мужу при помощи Ока-2, но также не получила ответа. Тревога нарастала в ее душе, словно закипающая вода в кастрюле, а на фоне всеобщего веселья это чувство было еще более гнетущим.

Айзек хотел провалиться сквозь землю. Полчаса назад он силком поднял себя за шкварник и заставил выйти к людям. Радоваться их общей победе и строить радужные планы относительно их наступления. После уничтожения зоны Х сопротивление действительно оказывалось в выигрышном положении, но… уже без офицера Эвери.
«Сати не должна знать. Пока».
Об этом попросили его Томас и Эвридика. После небольшого телепатического совещания решено было, что сестра Ойтуша лично сообщит Сати трагическое известие и обязательно под контролем доктора Атли. Но как бы не хотел глава сопротивления отсрочить эту неизбежную боль, он не мог выдержать взгляда Сати. Доверчивого и полного надежды.
Нет, он не мог обманывать ее больше ни минуты. Увидев, что Сати удаляется от костра, Айзек, без труда пробивая себе путь в толпе, направился следом.
KuFYo1nnwgg

Вперед! Глава - 22

Вернуться назад Глава - 20