/ Ген Химеры II. Сеть

Глава - 12

"Большие потери"

Подземка поражала боевой мощью. На протяжении нескольких недель Айзек наращивал вооружение: склады с оружием регулярно пополнялись, старых роботов чинили, а тех, кого невозможно было починить - отправляли на запчасти.

Килограммы взрывчатки хранились в круглосуточно охраняемых контейнерах, на рельсах стояло с десяток джипов-дрезин, готовых отправиться в путь, а огромные машины-копалки ждали команды, чтобы начать расчищать путь наверх.
Помимо всего прочего, Айзек открыл призыв в свою “армию”, которая уже давно перестала быть группой элитных офицеров. Мобилизация шла полным ходом, и в строю оказались все, кто был старше десяти лет. Сати своими глазами видела, как эти малыши, что привыкли держаться за мамину юбку, получали оружие и экзоскелет, оснащенный НКИ.

-Кошмар какой-то, - как-то сказала она, разглядывая этих испуганных ребят. - Мы были совсем другими.

Ойтуш не мог не согласиться с ней. Каждый их детей, выросший в системе Первого/Второго класса был самостоятельной и независимой единицей с самого раннего возраста. Многие из жителей Метрополя в четыре года уже служили протекторию, в десять некоторые заканчивали школу, а тринадцать работали по временному контракту. Детей, выросших в подполье вместе со своими родителями отличала мягкость, привязанность к дому, но также чувство долга и желание защищать и оберегать то, что им дорого. На это глава сопротивления и делал ставку.

-Тебе это никого не напоминает? - шепнул Ойтуш Сати, указывая на группу девочек в черной форме. У всех трех волосы были неумело выкрашены в сиреневый свет. При виде Сати Эвери они перестали шептаться и проводили ее долгим восхищенным взглядом.
-Походит на какой-то фан-клуб, - продолжал Ойтуш.
-Мы пример для них, - ответила Сати, улыбнувшись девушкам и помахав рукой. - Герои, на которых они равняются.
-А для кого-то преступники, - отозвался Ойтуш. - Интересно, а меня кто-нибудь копирует?
-Зачем копировать тебя, если у нас есть столь колоритный Томб Ситис? - Сати не смогла сдержать смешка, увидев мальчишку лет двенадцати, побритого налысо и покрасившего зубы серебрянкой. Он был действительно похож на Ситиса только в сильно уменьшенном варианте. - Передам Протону, что у него тоже есть фанат.

Собрание было назначено на семь. Старый состав собрался в личной палатке Айзека, чтобы обсудить “первую волну”, как назвал ее главнокомандующий.
-Взрывы должны прогреметь синхронно: в мэрии, трех цитаделях, резиденции президента, корпорации “Лолита” и “Няня Момо”.
Томб Ситис с сомнением потер лысину:
-Семь точек… Не лучше ли сосредоточить удар на цитаделях?
-Цезарь Шан всего лишь политическая кукла, - согласилась с ним Эвридика, - Зачем подрывать его обитель?
-Кукла куклой, но в резиденции Шана находится красная кнопка. Центр управления биологическим оружием. Каким именно - не скажу, но боюсь, что его распыление приведет к большим потерям, - сказал Айзек.
-Убрать служителей, аниматусов, президента и мэрию, - сказал Ойтуш. - А сиделок зачем?

Айзек скрестил руки на груди и произнес:
-Торговля людьми - величайший порок нашего общества. Уничтожение корпораций - это символизм, скорее…
-Значит символизм? - не выдержала Сати. - А убийство президента Грейси не входит в наши планы? Это, конечно, не так эффектно, как уничтожение нескольких сотен полуфабрикатов, зато действенно.
В палатке воцарилась тишина: никто и никогда не позволял себе так разговаривать с Айзеком.

Вопреки ожиданиям, глава сопротивления не испепелил девушку взглядом.
-Кто возьмет на себя ответственность за это безумство? - вполне добродушно поинтересовался он.
-Я конечно, - ответила Сати, на что Ойтуш отреагировал незамедлительно.
-Исключено, - произнес он, буравя ее глазами.
-Тогда идем вместе, - предложила Сати. - Будешь присматривать за мной.

Тут уже Айзек вышел из себя:
-Оставили бы вы свои семейные разборки, - с выражением человека, который только что съел нечто приторное, произнес он. - У нас тут война, знаете ли…
-Война, в которую идет малышня с автоматами? - Сати гневно взглянула ему в глаза. - После взрывов ты отправишь их добивать всех, кто остался?
-Отправлю, если нужно, - спокойно произнес Айзек. - И малышню с автоматами и истеричных зазнавшихся девиц.
Сати нечего было возразить: Айзек оставался неоспоримым главой подполья, и он решал, что и кому здесь делать.

-В чем-то Сати права, - вступилась Эвридика. - Грейси не отстанет от нас. Пока мы живы, он будет преследовать нас и посылать все новых и новых аниматусов в Метрополь…
Однако больше никто девушек не поддержал. Да, Роланд Грейси был реальной угрозой, но он был далеко, максимум - грозно взирал с телевизионных стен, а вот протекторий был рядом, дышал в спину, и именно с ним было решено расправиться в первую очередь.

**

В ночь перед нападением плохо спалось всем. Накануне Айзек, словно предчувствуя неладное, несколько изменил свой план. Семь небольших отрядов во главе с Ситисом, Рейли, Соторном и четырьмя другими офицерами должны быть незаметно проникнуть в цитадели, резиденции представителей власти и дома сиделок, чтобы заложить взрывчатку. Для этого им даже не нужно было покидать катакомб: старое метро под городом соединяло в себе все указанные точки, сильно упрощая задачу. Много недель машины копали грунт, чтобы создать места входа, и теперь, когда все было готово мало кто сомневался, что что-то может пойти не так.
И все же, настолько масштабную акцию сопротивление проводило впервые.

-У меня плохое предчувствие, - призналась Сати Ойтушу.
В силу положения миссис Эвери, Айзек разрешил им с Ойтушем снова жить в отдельной палатке.
-Ты сейчас очень уязвима, - Ойтуш присел рядом с ней и обнял за плечи. - Постарайся хорошо отдохнуть.
-Ты не прав, - Сати покачала головой. Вовсе не упрямо, скорее, устало. - Дело не во мне. Он подсказывает мне многие вещи.
-Он? - уточнил Ойтуш. На сегодняшний день срок Сати перевалил уже за четыре месяца.
-У нас будет мальчик. Одаренный мальчик, - сказала она. - Не знаю, как это объяснить… Я просто чувствую его.
-Так и должно быть, - в темноте глаза Ойтуша сияли. - Отдохни, хорошо?
-Хорошо.

Остаток ночи они провели в объятиях друг друга. Ойтуш не мог не заметить, что температура тела Сати была неестественно высокой, нет, не так - она просто горела. Ойтушу было жарко, он обливался потом, но не переставал обнимать ее.
В четыре утра они проснулись, чтобы проводить семь отрядов.

-Удачи, - Ойтуш пожал руку Протону Ситису. Тот был взволнован, но от этого старался выглядеть еще более беспечным.
-Вернемся к завтраку, - сказал Протон, садясь за руль джипа.
-Так и быть, оставим вам немного, - ответил Ойтуш.
Остальные шестеро лидеров тоже выглядели оптимистично. Всего на операцию отправлялось около двадцати человек, и сейчас каждый из них занимал свое место в дрезинах.
Сати кинула взгляд на Айзека: тот стоял, скрестив руки на груди и нахмурив брови. Несколько лет он готовился к тому, что должно было свершиться сегодня, но в последний момент что-то заставило его изменить план и отправить в Метрополь гораздо меньшее количество человек. Он посчитал, что с закладкой взрывчатки вполне справятся двое-трое солдат, кроме того, случайно или же нет, его выбор пал на людей еще не успевших обзавестись семьей. Айзек волновался, и от этого волнение Сати еще больше усиливалось.

-Возвращайся обязательно, Протон, - сказала она.
-А как же иначе? - Ситис улыбнулся своими железными зубами, а потом шепотом добавил, - Я еще с вашим мелким хочу понянчиться.
Сати замешкалась; не говоря ни слова, она проводила его округлившимися от удивления глазами.
“Откуда он узнал?” - подумал девушка. О ее беременности знали только Ойтуш и Атли, а живот был еще не заметен.

Через десять минут станция опустела. Через несколько часов вновь ожила, и голоса людей возвестили о начале нового дня. А спустя шесть часов после отъезда последней группы, Айзек собрал в палатке всех кто остался, чтобы сообщить о том, что операция провалилась.

**

-Не перестану удивляться силе одаренности, - произнес Огастус Лонг. Это был высокий мужчина в красном плаще и черной шляпе. Рядом с ним стоял его младший брат Обадайя с неизменной чашечкой кофе в длинных тонких пальцах. В отличие от Обадайи, Огастус не был альбиносом.
-Они предсказали все с точностью до минуты, - Огастус наблюдал за тем, как людей в наручниках утрамбовывают в грузовики.

К Лонгам, стоящим под крышей цитадели протектория, бежал директор “Лолиты” Оливер Крейн. Он прикрывался от дождя своим портфелем, но все равно выглядел изрядно промокшим. Лицо его при этом было по-детски счастливым.
-Слава протекторию! - кричал он, взбегая по лестнице. - Спасибо вам!
-Не нам спасибо, - сухо произнес Огастус, - А Роланду Грейси и его провидцам.
-Все равно! Спасибо, спасибо, спасибо! - Крейн был готов вылизывать их подошвы. - Вы взяли этих подрывателей, без вас, без протектория я попал бы на крупную сумму.
-Нам пора, брат, - произнес Обадайя, заметив на лице Огастуса брезгливое недовольство. Оба служителя зашагали прочь, в холодный полумрак протектория, оставляя Крейна в одиночку радоваться своей спасенной заднице.

Благодаря экстренному звонку Роланда Грейси, сегодня протекторий взял порядка двадцати человек, намеревающихся совершить подрывы зданий.
-Когда суд? - спросил младший из Лонгов. - Или вначале пытки?
-Какой суд, какие пытки, Оби? - сказал Огастус и Обадайя, не терпящий, когда его называют “Оби”, поморщился. - Помниться, Грейси велел возобновить публичные казни… Пытки - это слишком утомительно, и потом, ты же помнишь, что оставлять сопротивленцев в камерах не благодарное дело. Казним их сегодня же, на площади.

**

-Их казнят сегодня, ровно в полдень, - сказал Айзек. Глава сопротивления выглядел рассеянным, если не сломленным. Он продолжал общаться с Ситисом и остальными через “Око-2” и знал, все, что с ними происходит.
-Неужели мы ничего не можем сделать? - спросила заплаканная Эвелин Кертис. Кажется, Айзек ошибся, решив что у Протона нет семьи.
-Нельзя жертвовать большим, чем мы уже потеряли, - произнес киборг.
-Еще не потеряли, - вступился Ойтуш. - Если мы атакуем сейчас, как и планировали…
-То погибнем. Мы погибнем, солдат Эвери, - Айзек сделал паузу. - Потому что все наши планы известны им. Известны заранее.

“Ты что, сдался Айзек?!” - так и хотелось сказать Сати, но она не могла гарантировать, что тогда он не разрубит ее пополам.
Ситуация действительно была безвыходная. В назначенное время все семь групп ждали у точек выхода. Они были арестованы без лишнего шума и пыли, и теперь должны были быть казнены на глазах у жителей Метрополя. Во всем этом чувствовался точный расчет Даны Хатт, и это еще больше бесило Сати.
-Что говорят СМИ? - спросила Эвридика.
-“Схвачены сторонники сопротивления. “Отряд Одаренных” послал вперед своих пешек”, - Захария процитировал последние выпуски новостей.

-“Отряд Одаренных”?! - чуть не взревел Айзек. - Я придушу этих гадов, если увижу! Это из-за них карательные меры ужесточили.
-Нам приписывают их грехи, заставляя народ ненавидеть сопротивление, - согласился Ривал. - Если бы Соторн знал, что его назовут пешкой…
-Для нас они всегда будут героями, - спокойно сказала Сати. - Теми, кто принес себя в жертву.

Больше добавить было нечего. В следующий час все, кому было имплантировано “Око-2”, мысленно поблагодарил офицеров и попрощался с ними. Было так странно разговаривать с Томбом Ситисом, зная, что через час он умрет, как и все остальные смельчаки, отправившиеся на задание сегодня утром.

“Откуда ты узнал о том, что я беременна?” - мысленно спросила у Протона Сати. Гораздо проще было говорить об обыденных вещах, чем о том, что и так было неизбежно.
“А я и не знал. Ты сама только что во всем призналась”, - “Око-2” не передавало эмоций в отличие от телепатии Томаса, но Сати догадалась, что в этот момент Ситис усмехнулся.
“Ты уже знаешь… как все будет?” - спросила она.
“Да. Нас расстреляют. Это быстрая смерть”, - как же хорошо, что “Око-2 не могло передавать эмоций.
“Да, быстрая. Однажды я почти умерла таким образом”, - Сати вспомнила, как на пляже за ними гнались люди Грейси.
“Нас уже ведут, Сати”, - быстро сказал Протон. - “Могу я попрощаться с Эвелин?”
“Да, конечно”, - на автомате ответила Сати. - “Мы отомстим за вас. Я обещаю”.

Последнюю фразу девушка произнесла, скорее, для себя. То, что они просто так давали своим друзьям умереть, было позором для сопротивления. Но еще большим позором будет, если их смерть окажется напрасной.

Когда с головы Протона Ситиса сняли черный мешок, он какое-то время ничего не видел. Свет был слишком ярким, несмотря на ненастный день. Первым, что он различил, было лицо Энже - молодой девушки, что вызвалась добровольцем в его команду. Энже била крупная дрожь.
-Эй, - негромко позвал Протон. - Мне жаль, что все так вышло.
-Моя первая операция... провалилась, - отозвалась та. - Как жаль, что я не смогла принести пользу.
Протон огляделся вокруг, благо, что высокий рост позволял ему это. Они были на площади, прямо напротив мэрии, которую сопротивление так надеялось стереть с лица земли сегодня утром.

Позади них стояло несколько автоматчиков. Протон усмехнулся: можно подумать, кто-то попытается сбежать из под носа у протектория. А вот и герои дня: трое служителей в красных плащах восседали на скамьях, наспех сколоченных ради такого мероприятия. Двое мерзких аниматусов стояли рядом и тупо глядели перед собой.
“Грустно им, бедненьким, никто не дает команды убивать”, - подумал Томб.
В последнюю очередь он взглянул на лица людей, которые пришли на площадь, чтобы увидеть публичную казнь, и это зрелище поразило его до глубины души. В глазах жителей Метрополя был не праздный интерес, не скука и не любопытство. Да, были те кот открыто выражал свою ненависть к несостоявшимся подрывникам, такие как мистер Крейн, директор “Лолиты”, однако большинство людей смотрело с сочувствием и жалостью.

-Взгляни на них, Энже, - Протон едва заметно наклонился к девушке, - Они сочувствуют нам, а это значит, что они с нами заодно. Ты сделала очень много, понимаешь?
Президент Цезарь Шан лично зачитывал приговор, но Протон его не слушал. В последние минуты он прощался с Эвелин Кертис, которую отговорил от задания в самый последний момент.

“...приговариваются к смертной казни, которая будет осуществлена немедленно…”
“Я готов”, - мысленно сказал себе Протон, чувствуя, что больше не боится.
“...путем сожжения”.

В рядах сопротивленцев поднялся шум. Протон ясно слышал, как охранники говорили про расстрел, но сожжение…
Паниковать было поздно. Изо всех сил Томб Ситис по прозвищу Протон сжал свои металлические зубы, чтобы встретить долгую и мучительную смерть.
Нечеловеческие крики раздались на площади, когда полыхнули сопла огнеметов. Мятежники горели заживо, медленно корчась и съеживаясь в желтом пламени, а запах их сгоревшей плоти еще долго стоял в воздухе.

Читать дальше Глава - 13

Вернуться назад Глава - 11